ВЕРДИ

 

ДЖУЗЕППЕ ВЕРДИ

 

Настоящая небольшая глава заключает в себе историю итальянской Вер­оперы на протяжении почти полных семидесяти пяти лет. Имя Джузеппе Верди играет здесь такую же центральную роль, как имя Рихарда Вагнера в немецком искусстве. Но влияние первого отнюдь не ограничивалось одной лишь его родиной. Этот исключительно крупный по дарованию композитор, умевший, как никто до него, мыслить театрально, гораздо сильнее воздействовал на всю европей­скую публику и музыкальные вкусы значительно большей массы, чем Рихард Ваг­нер. Неприятие музыки Джузеппе Верди серьезными музыкантами отчасти объяснялось, в силу своеобразного их профессионального аристократизма, представлением о том, что музыка, увлекающая такие широкие массы, должна содержать в в себе что-то уличное и низменное, а с другой стороны, недостаточным осо- . знанием того социального смысла, который эта музыка имеет. Конечно, надо признать, что в смысле идейной значительности своих опер Джузеппе Верди далеко уступает Рихарду Вагнеру. Менее глубок по сравнению с Вагнером и захват страстей Вердиев- и чувств его музыки. Но Джузеппе Верди преодолел внешнюю эффектность и фальш н^ов^кая франко-итальянской «большой оперы» другим путем, чем Рихард Вагнер. С первых оперя. же творческих своих опытов Джузеппе Верди проявлял склонность к ярко-драмати­ческим сюжетам при изумительном знании сцены. Его мелодика и ритм от­личались сжатостью и ударностью, гармонизация при крайней экономии средств, особенно в последний период, очень характерна. Его радикальный по­литический пафос изливался в зажигательных хорах, которые ранним его операм придавали характер всенародности. Правда, в среднем периоде — эпо­хе «Риголетто», «Трубадура», «Травиаты» — Джузеппе Верди склоняется к компромис­су с музыкальными вкусами господствующего класса в расчете на широкую популярность у западной аудитории. Поворотный пункт в его творчестве вновь наступает в начале семидесятых годов с постановкой «Аиды», где со­вершенно ясно чувствуется влияние драматургии, а отчасти и музыкальных приемов Рихарда Вагнера. В общем Джузеппе Верди есть явление цельное и музыкально связанное с предыдущей итальянской оперой. Музыкально Джузеппе Верди стремится охватить возможно большее разнообразие явлений и дать им наиболее сжатое эмоциональное выражение. Его задача — обслуживать не психологически утонченного буржуазного слушателя, а художественно-развитую массу через пластику звуков в непрерывном развертывании ярких и сильных пережи­ваний. Как все итальянские мастера Джузеппе Верди рассчитывал главным образом на выразительную силу человеческого голоса, и в этом отношении его взгляд на музыкальную драму резко отличается от Рихарда Вагнера. Даже в тех его музыкаль­ных драмах последнего периода, в которых он не избежал влияния могущественного соперника, Джузеппе Верди ставит на первый план права мелодии. Как в «Аиде», так и в «Отелло» вся драматическая сила заключена в непосредствен­ном воздействии мелодии. Мелодическая линия господствует, оркестр служит для нее лишь фоном, аккомпанемент беден и часто однообразен, повторяя одну и ту же ритмическую формулу. Его тексты лишены всякого философ­ского углубления и рисуют только непосредственную, так сказать, необоб­щенную правду житейских переживаний. Романтический символизм ему оди­наково чужд, как и метафизический абстрактивный характер вагнеровских и музыкальных драм. Лирика Бизе, почерпнутая из самой глуши повседневности, острая ритмика и гармония, подвижная народная мелодика «Кармен» — лучшее, что было создано французской оперой после Мейербера — гораздо ближе ему, чем философская музыкальная трагедия Рихарда Вагнера.

 

 

 


ИСТОРИЯ МУЗЫКИ XIX - ХХ ВЕКА © 2019